15 апреля 2026 года исполнилось 140 лет со дня рождения Николая Степановича Гумилёва — русского поэта, прозаика, переводчика, литературного критика, одного из основателей акмеизма.
Советник директора по воспитанию Янсаева Э.Ф. провела беседу с ребятами из групп №11 и №15.
Мы благодарны поэту за открытый им мир прекрасной и благородной романтики, за свежий ветер мужества, за любовь к жизни, за вечную и таинственную её красоту, которой дышат его стихи.
В настоящее время творчество и трагическая судьба Н.С. Гумилёва вызывают всё более возрастающий научный и общественный интерес. Сила духа Гумилёва, его мужественность, стойкость и целеустремленность, жизнеутверждающий позитивный настрой его поэтического мировосприятия особенно важны для всех нас именно сегодня.
Акмеизм рождался под насмешки: никто не хотел принимать его всерьёз, но из акмеизма «вышли» три крупнейших поэта России: Гумилёв, Ахматова и Мандельштам. Да ещё с десяток других: Кузмин, Городецкий, Нарбут, Зенкевич, Георгий Иванов, Шенгели, Оцуп, Адамович и другие.
Николай Гумилёв — не только поэт, но и один из крупнейших исследователей Африки. Он совершил несколько экспедиций по восточной и северо-восточной Африке и привёз в Музей антропологии и этнографии (Кунсткамеру) в Санкт-Петербурге богатейшую коллекцию.
Последний раз Гумилев был в Африке в 1913 году. Он мечтал, хотел ещё раз побывать в Африке, но не выпала судьба.
Его называют романтиком. Но его романтизм был не книжный, не заимствованный, а подлинно пережитый им. Будь то африканские экспедиции или участие в Первой Мировой войне.
Когда читаешь его стихи, то наяву видишь и ощущаешь и бродящего жирафа, жаркое дыхание пустыни, занзибарских девушек, тропические дебри, полные опасностей.
Ещё не раз Вы вспомните меня
И весь мой мир, волнующий и странный,
Нелепый мир из песен и огня,
Но меж других единый необманный.
Он мог стать Вашим тоже и не стал,
Его Вам было мало или много,
Должно быть, плохо я стихи писал
И Вас неправедно просил у Бога.
Но каждый раз Вы склонитесь без сил
И скажете: «Я вспоминать не смею.
Ведь мир иной меня обворожил
Простой и грубой прелестью своею».
